1935 год стал для просветителя роковым…

Слева направо: Хамзет Куржиев, Нури Цагов, Гузер Куржиев, Али Шогенцуков. 1919 г.

115 лет назад в Турции был издан кабардинский букварь на арабской графической основе. Его автором стал студент Стамбульского университета Нури Цагов.
Будущий адыгский просветитель родился 17 сентября 1888 года в селении Бираджам, Кунейтровского округа вилайета Сирия Османской империи, в семье черкесских мухаджиров, покинувших Кабарду после окончания Кавказской войны. Он рано осиротел и вместе с тремя братьями находился на попечении дяди, генерала турецкой армии Якуба Цаго, который, будучи просвещённым человеком, постарался дать хорошее образование своим племянникам. Благодаря дядиному влиянию, Нури поступил в местную гимназию, которую окончил с отличием, а в 1907 году, войдя в десятку лучших учеников из эмигрантских семей был зачислен на учёбу в Стамбульский университет, на юридический факультет.
Нури Цагов никогда не забывал, кто он и откуда пошли его корни. В 1909 году турецкий парламент предоставил мухаджирам-переселенцам с Кавказа возможность создать собственный алфавит на основе старотурецкой графики, на котором излагался Коран в Османской империи. Цагов взялся за эту работу и собрал вокруг себя команду единомышленников. Об этом периоде он позже писал: «Я вместе с другими студентами, из числа которых помню Машедзова Умара, Нагучева Суада, Мед-Изета (полковника), Чиканукова Мухамед-Али, Тальят Хитова, Агомукова Умара и др., в общей сложности до десяти человек, стали видоизменять турецко-арабскую письменность и частично латинскую, приспособляя её к наречию горских кавказских народностей, в частности, к черкесскому. Среди эмигрантских посёлков и сёл были созданы общества, способствовавшие культурному национальному развитию, с которым связались и мы». Энтузиастов материально поддержали соотечественники, проживавшие в Турции.
Двадцатипятилетним юношей в начале 1913 года Нури Цагов вернулся на Кавказ и поселился в селе Тамбиево, откуда происходил его род. Здесь он стал преподавать естествознание и арифметику в медресе для взрослых. Об этом периоде своей жизни Цагов писал: «В 1916 году я женился на Абазовой, дочери крестьянина-середняка из Кызбуруна III и приобрёл маленькое хозяйство. В 1917 году я вместе с другими желающими учиться создал в Баксане новое медресе с преподаванием не только религии, но и общеобразовательных предметов, истории, естествознания, арифметики. В том же 1917 году с помощью крупного торговца Дымова организовал в Баксане типографию, выпустив местную газету, так называемую «Адыге мак», в которой главным образом распространяли вопросы национальной культуры».
Вскоре Нури Цагов перебирается в Нальчик. Целью переезда была организация семинарии. Для финансирования учебного заведения Н. Цагов созвал авторитетных религиозных деятелей области, а сам преподавал в семинарии математику и естествознание. Семинария просуществовала совсем недолго – до весны 1918 года, и закрылась вследствие «начавшегося революционного движения». Нури вынужден был вернуться в селение, ставшее для него родным. В беспокойный период, когда к власти приходили то красные, то белогвардейцы, Цагов учительствовал в родном селе. В 1924 году он начинает преподавать кабардинский язык в только что созданном Ленинском учебном городке (ЛУГе) и нескольких школах Нальчика. Какой-то период он руководил школой в Кызбуруне, затем снова возвратился к преподаванию в ЛУГе.
Ему чудом удалось не попасть в молох репрессий тридцатых годов. И он даже был арестован по подозрению в антисоветской деятельности в 1935 году, но первый секретарь Кабардино-Балкарского обкома ВКП(б) Бетал Калмыков сделал всё возможное, чтобы Цагова отпустили. Ему это удалось – следствие по его делу было прекращено за недоказанностью инкриминируемого преступления, и через две недели после ареста Цагов был освобождён, с подпиской о невыезде.
Но видно в судьбе просветителя 1935-й год был помечен красной галочкой… В конце декабря 1935 года онпо делам вновь был вызван в Нальчик. Был страшный гололёд, и 31 декабря 1935 года по пути в Нальчик машина, в которой ехал Нури, перевернулась у селения Чегем I. В результате аварии Цагов получил серьёзную черепно-мозговую травму, от которой скончался спустя пару часов в местной больнице. Создатель первого национального алфавита и первых учебников на родном языке, эрудит, учёный и политик, талантливый, мудрый педагог похоронен в родовом селе Дыгулыбгей.

Анна АСАНОВА

Поделиться новостью:

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:

04.09.2026 - 15:23

Адыгские танцы посреди Северного Ледовитого океана

Наш земляк, учитель физики и астрономии лицея № 2 г. Нальчика Аслан Кашежев стал инициатором и непосредственным участником исполнения традиционных адыгских танцев на атомном ледоколе «50 лет Победы» в рамках VII международной научно-просветительской экспедиции «Росатома» «Ледокол знаний», сообщает портал Правительства КБР.

03.09.2026 - 15:33

«Цвети, республика родная!»

Уважаемые жители и гости республики! Министерство культуры КБР приглашает 5 сентября в Зелёный театр г. Нальчика на праздничный концерт «Цвети, республика родная!», посвящённый Дню государственности Кабардино-Балкарской Республики.

02.09.2026 - 16:07

Полотна Мурата Анаева требуют от зрителя тишины, дистанции и раздумий о собственных корнях

В музее изобразительных искусств им. А. Л. Ткаченко открылась персональная выставка художника Мурата Анаева «Земли отцов». Молодой, но уже признанный и критиками, и зрителями, автор работает в технике масляной живописи, опираясь на традиции классической школы. 

31.08.2026 - 17:30

Писатели – юбиляры сентября

Сентябрьский литературный календарь 2026 года объединяет писателей, поэтов и драматургов, представляющих разные национальные литературы и художественные направления.

28.08.2026 - 15:30

Полотна художника вернулись на родину

Более 20 холстов кисти одного из первых профессиональных живописцев в истории республики, заслуженного художника КБАССР Николая Трындыка переданы Музею изобразительных искусств имени А. Л. Ткаченко, сообщает пресс-служба Министерства культуры КБР. В коллекцию вошли портреты, пейзажи и натюрморты 1950–1970-х годов. Более полувека эти работы нигде не выставлялись, они хранились в семье художника и теперь, проделав долгий путь, вернулись в Нальчик.