Заурби НАХУШЕВ, советский и российский государственный деятель, депутат Государственной Думы IV созыва (2003–2007 гг.), Председатель Совета Республики Парламента КБР (1993, 1997 гг.), член Совета Федерации Федерального Собрания РФ (1997 г.):
«С Валерием Мухамедовичем мы познакомились, когда я работал ещё секретарём парткома в совхозе «Нальчикский». Он приехал в составе большой делегации партийных работников во главе с Тимборой Кубатиевичем Мальбаховым. Мы поговорили и с тех пор всегда при встрече по-дружески здоровались и общались.
А непосредственно стали работать вместе уже в 1987 году, когда я был избран первым секретарём Баксанского райкома партии. В июне 1988 года в районе прошёл сильный град – полосой от Кызбуруна II до Баксанёнка – побило около 3000 гектаров сельскохозяйственных угодий. Для любого крестьянина, который видит уничтоженные молодые всходы кукурузы и созревающую пшеницу, – это трагедия. А я с такой ситуацией столкнулся впервые.
Позвонил Валерию Мухамедовичу. Он сказал, что подъедет, и мы осмотрим поля вместе. Поездка произвела на меня удручающее впечатление. Я, естественно, расстроился: только второй год работаю – и такое бедствие. А он на меня посмотрел и говорит: «Что ты сник? Я не помню года, чтобы в Баксанском районе не было градобития. Даю тебе четыре дня, чтобы всё полностью перепахать, подготовить почву – посеем кукурузу. В любом случае получим корма для животноводства, а может быть, кукуруза успеет и вызреть».
Удивительно, но в тот год мы получили с этих участков кукурузу на зерно с урожайностью почти такой же, как и на не побитых градом полях.
Вот с тех пор мы с Валерием Мухамедовичем работали вместе.
Свойственная ему природная врождённая мудрость, широта взглядов особо проявились во время формирования Парламента республики – ведь не было даже закона о выборах, никто и не представлял, какой он будет: двухпалатный, однопалатный, какие полномочия и так далее.
Верхняя палата – Совет Республики, которую я возглавлял, состояла в основном из руководителей районов, избранных по одномандатным округам, и двухпалатный парламент сыграл в то время значительную стабилизирующую роль в истории Кабардино-Балкарии.
Хочу особо подчеркнуть, что для Валерия Мухамедовича важнее единства республики ничего не было.
Я вспоминаю трагические страницы истории, когда национальные движения стали выходить за рамки своих полномочий и хотели всё поделить. Он тогда ночами не спал, встречался с людьми: из кабардинской части населения, балкарской части населения, по одному, группами и так далее, доказывал, что этого нельзя допустить. А потом в конце концов он решил: давайте дадим возможность двум группам национальных движений самим договориться. Создали некий комитет, посадили вместе, и что получилось? Они пришли к выводу, что на сегодняшний день нельзя разделиться, невозможно – слишком многое связывает.
То, что мы имеем сегодня единую Кабардино-Балкарскую Республику – это личная заслуга Валерия Мухамедовича, кто бы что ни говорил.
Второй момент, более трагичный. Когда проходила 10-дневная забастовка на площади Ленина (1992 г.), требовали смены власти, ситуация была очень накалена. Ни один человек не смог понять, каким образом Валерию Мухамедовичу удалось разрешить эту ситуацию.
Было такое: он собрал на совещание человек пятнадцать – сейчас по фамилиям всех не помню. Поставил вопрос: будем ли использовать силу для стабилизации обстановки? Раздал всем по листу бумаги, чтобы написали своё мнение. За применение силы были почти все, включая меня. Против были только двое: Валерий Мухамедович Коков и Юрий Камбулатович Альтудов.
В заключительном слове, закрывая совещание, Валерий Мухамедович сказал: «Наверно, моя должность – не главное: неважно, уйду я или останусь. Надо думать о том, что мы оставим нашим будущим поколениям. Те люди, которые находятся там, на площади, – они тоже часть населения. И я против своего населения применять силу не буду».
После этого (конечно, с помощью федерального центра, который прислал внутренние войска и ОМОН) начали беседовать – опять же по одному, группами и так далее – и ситуацию стабилизировали.
Удивительно, что среди участников этого бессрочного митинга было много руководителей разного ранга. И я до сих пор не понимаю, почему они тогда пошли против власти и чего хотели добиться… 
И ещё об одном моменте хотел бы рассказать.
Два года мы вместе работали в Совете Федерации: Валерий Мухамедович – от исполнительной власти, я вместе с Ильясом Бечеловым по очереди – от Парламента КБР. И как-то он взял меня с собой на совещание работников образования. Поскольку он в Совете Федерации курировал систему образования, он был докладчиком.
Вышел на трибуну, прочитал две страницы доклада, остановился, а потом медленно отложил стопку бумаг в сторону и сказал: «Это для протокола. А я с вами хочу поделиться тем, как всё-таки должно развиваться образование в Российской Федерации». Взял отдельный листок, на котором были ручкой выписаны несколько пунктов. И начал говорить…
Хочу сказать, что мы сегодня в образовании занимаемся именно тем, что он предлагал тогда. Он говорил: «Зря мы убрали урок труда, начальную военную подготовку», критиковал ещё ряд тогдашних нововведений. «Самая главная ошибка – что мы из закона об образовании убрали воспитание», – это его слова.
Когда он закончил доклад, зал встал и аплодировал ему стоя. Кто-то из стоящих рядом делегатов-профессоров сказал в восхищении: «Ну и глыба!» 
Валерий Мухамедович, без сомнения, был гигантом политической мысли, причём не только регионального, а федерального уровня.
Кабардино-Балкария в те годы была центром притяжения для руководителей всех субъектов юга России – с ними Валерия Мухамедовича связывали дружеские, братские отношения. Очень высок был его авторитет на федеральном уровне: к его мнению прислушивался Борис Ельцин, а когда в федеральное министерство приезжал профильный министр из Кабардино-Балкарии, его, как правило, принимали без очереди – говорили: «А то Валерий Мухамедович поругает».